©2018 by Мода в книгах. Proudly created with Wix.com

Главная героиня повести Алексея Толстого "Гадюка", Ольга Вячеславовна Зотова, "живуча, как гадюка", полна "гадючьей злостью", но, на самом деле, вызывает сочувствие читателя из-за непростой судьбы, которую она себе не выбирала. Лично мне куда менее симпатична хорошенькая Сонечка Варенцова, которая вот уж точно гадюка, пригретая всеми: и соседками по коммуналке, и своим мужем... 

В этот раз мы поговорим о том, как изменился модный дискурс в период перехода от Военного коммунизма к НЭПу. Наглядным примером этих метаморфоз служит Ольга Вячеславовна Зотова. 

Провоевав несколько лет на фронтах Гражданской войны, пережив гибель своего возлюбленного, получив в качестве награды за смелость брошь чистого золота в виде стрелы, пронзившей сердце (сердце перед награждением полковой командир велел убрать из-за буржуазности символа, и наградили Зотову только стрелой), она возвращается к мирной жизни.

"Потом — кончилась война. Ольга Вячеславовна купила на базаре юбку из зеленой плюшевой занавески и пошла служить по разным учреждениям".

Сразу после Первой мировой войны в моду входит новый фасон юбок - бочонкообразного силуэта. Собранные на талии в складку, они сперва незначительно расширялись, а потом слегка сужались к подолу. Длина была - выше щиколотки, порой значительно выше.

Ясно, что юбка из занавески была намного проще этих моделей (на картинке, слева). Но тут главное не крой, а длина и силуэт. Зелёный плюш, кстати, отлично смотрелся бы!

Уже прошло несколько лет, с тех пор, как Зотова вернулась с войны, но она никак не могла привыкнуть к новой жизни, вроде как мирной, но такой неуютной. Как-то раз, уже в середине 1920-х, услышав от коллеги:

— Удивляюсь вам, товарищ Зотова: такая в общем интересная женщина и — провоняли все помещение махоркой... Женственности, что ли, в вас нет... Курили бы «Яву»,

она решила оглядеть себя в зеркало.

"Уходя со службы, она остановилась на лестничной площадке перед зеркалом и, впервые за много лет, по-женски оглядела себя: «Чорт знает, что такое — огородное чучело». Протертая плюшевая юбка спереди вздернута, сзади сбита в махры каблуками, мужские штиблеты, ситцевая серая кофта... Как же это случилось? Две пишбарышни в соблазнительных юбочках и розовых чулочках, пробегая мимо, оглянулись на Зотову, дико стоящую перед зеркалом, и — ниже площадкой — фыркнули со смеху: можно было разобрать только: «...лошади испугаются...»"

Зотова отмечает чулочки розового цвета у барышень, значит, в моду с тех пор вошли более короткие юбки. Её же юбка явно длиннее, раз сзади сбита в махры каблуками её же мужских штиблет. Фактически, это длина по щиколотку. Да, такого в годы НЭПа уже не носили.

Даже беглое сравнение картинок 1919 и 1925 годов указывает на несовременность образа Зотовой. Не говоря уже об общей изношенности и неопрятности её одежды. Более того, зеленая плюшевая юбка тоже была компромиссом. В разгар Гражданской войны Ольга носила кавалерийский шлем, военную форму и сапожки "с убитого гимназиста". С приходом НЭПа изменился весь уклад жизни. Снова появились учреждения, дела стали решаться не на поле боя, а за конторскими столами. Не каждый боец смог сразу принять этот новый мир, так похожий на дореволюционный, что, казалось, все достижения революции пропали.

"В двадцать два года нужно было начинать третью жизнь. То, что теперь происходило, она представляла как усилие запрячь в рабочий хомут боевых коней. Потрясенная страна еще вся щетинилась, глаза, еще налитые кровью, искали — что разрушить, а уже повсюду, отгораживая от вчерашнего дня, забелели листочки декретов, призывающих чинить, отстраивать, строить".

Итак, Ольга Вячеславовна решает измениться, подстроиться под новую жизнь. Но она не идёт к соседке-портнихе. Она видит другую соседку - Сонечку - некий эталон красоты - и обращается напрямую к ней. Она не хочет модной сводки, но хочет просто стать такой, как Соня, повторить её образ и перенять её соблазнительность.

Платья эпохи НЭПа - как сказано в тексте, "шемиз" - это фактически прямоугольник ткани, с единственной подчеркнутой линией, линией бёдер. Ни грудь, ни талия не выделяются. Название происходит от французского, и переводится как "рубашка". У такого платья могла быть отрезная юбка или оно могло быть цельным, просто схваченным поясом в бёдрах. Конечно, далеко не все москвички могли себе позволить модные и разнообразные туалеты. Чаще всего была пара блуз и юбок для повседневной носки и нарядное платье на выход. В целом, гардеробы, составленные во время НЭПа, просуществовали у своих владелиц долго - до середины 1930-х годов.

Соня Варенцова, соседка Зотовой и по иронии судьбы её соперница, девушка модная и очень красивая. Из текста мы узнаем, что она завивает волосы в локоны, надевает чулочки даже дома, любит красивое бельё. Всё то же самое достает и Зотова на Кузнецком мосту. И внешне образ получается очень хорошим!

"В управлении Треста все растерялись в первую минуту, когда Зотова явилась на службу в черном, с короткими рукавами, шелковом платье, в телесных чулках и лакированных туфельках: каштановые волосы ее были подстрижены и блестели, как чернобурый мех. Она села к столу, низко опустила голову в бумаги, уши у нее горели".

Преображение удается только внешне: стрела, пущенная в сердце в далёком 1918 году, осталась - а само сердце исчезло. Уже совершив своё последнее преступление Ольга Вячеславовна приходит в милицию в модной верхней одежде: "коричневая шапочка в виде шлема была надвинута у нее на глаза, высокий воротник пальто закрывал шею и подбородок". Значит, на покупке одного только платья она не остановилась.

Однако приняв внешне правила новой жизни, она так и не смогла принять их внутренне.

Полное или частичное воспроизведение возможно только со ссылкой на сайт "Мода в книгах"